Лес, похожий на фэнтези: весенняя магия бухты Теляковского

Текст: Дарья Червова
Фото: Александр Хитров

Я стою у обрыва скалы на перепутье двух морей. Передо мной грохочут мощные серые волны. Они необратимо разбиваются о камни, но непокорно возвращаются в изумрудную пучину, рассеивая вокруг белые «барашки». Сзади меня мягко, но зябко окутывает невидимый туман — стоит обернуться, и видно, как его клубы стелются по земле на расстоянии метров десяти. Но я-то знаю, что нахожусь в глубине настоящего облака. Я видела его, когда шла мимо могильных сосен, я вижу его в прозрачных каплях на розовых лепестках рододендрона Шлиппенбаха. Даже во время шторма здесь спокойно и невероятно красиво.

Узнали место?

Это тот самый случай, когда всего несколько слов помогут понять — речь о бухте Теляковского на востоке полуострова Гамова. И картинка в памяти сложится даже у тех, кто здесь никогда не был — редко можно встретить человека, любящего Приморье, но не видевшего фотографий изумрудно-лазурного прозрачного моря, обрамленного пушистыми лапами изогнутых сосен. Да-да, те самые! Правда, обычно фотографы оказываются здесь в хорошую погоду.

Мы с Сашей очутились здесь впервые, случайно и во время шторма. Поездка к друзьям в село Витязь не могла ограничиться домашними посиделками — несмотря на подсмотренный на сайте неблагоприятный прогноз погоды, захотелось прогуляться в знаменитую бухту Теляковского.

Что мы знаем о ней? Нынешнее название бухта получило благодаря лейтенанту Александру Александровичу Теляковскому, производившему в 1891-1894 годах гидрографические работы в заливе Петра Великого. Есть здесь и одноименный мыс, который раньше назывался Туушубей, что в переводе с тунгусо-маньчжурского означает «Гора с большой талией».  На его высоте в 30 метров растут лиственный лес и множество цветов, обрывы украшают сосны-эндемики с сильными и смолянистыми стволами и корнями. Еще в бухте Теляковского проходит граница Дальневосточного морского биосферного заповедника, и море с виду похоже на тропическое.

Путь к бухте нам предстояло найти, положившись на интуицию — знающие местность друзья пойти не смогли. Они лишь предупредили, что дороги и тропинки в этих местах исхожены так, что куда ни пойдешь, на красоту набредешь.

Выехав из Витязя в сторону моря, машина оказалась на пятачке, где встречаются три бухты. Жаль, что в тот момент морскую панораму полностью заволокло туманом, это место пользуется большой популярностью.

Взглянув на молочную стену, мы повернули направо — на дорогу, ведущую к маяку. И пешком отправились в путь. Спустя несколько минут уже шли по грунтовке в лесу, поднимаясь по серпантину все выше и выше, с каждым метром все сильнее утопая в тумане.

Дорога преподносила сюрпризы. Первым стал прозрачный и звонкий ручей, по порожкам спускающийся к деревянному мостику. Здесь есть, на что полюбоваться — цветущие зеленью камни и пни, корявые ветки и стволы, пострадавшие от ветров, серебристые струи маленьких водопадов, перебегающих с камня на камень. У меня в тот момент появилось ощущение, будто мы попали в мир фэнтези, в затерянный лес какой-нибудь волшебной страны…

Но эти ощущения внезапно улетучились, едва мы снова вышли на проселочную дорогу. Лес был прекрасен, но мимо нас то и дело стали проноситься блестящие от мороси внедорожники, газуя на пути к маяку. Идти пешком туда недолго, но туристы всё же предпочитают добираться до мыса Гамова на авто.

Мы целенаправленно продолжали идти в бухту Теляковского. Когда дорога стала уходить наверх, почуяли неладное. Просто чем выше поднимаешься, тем дальше оказывается шум моря — а мы хотели именно к нему. Поэтому решили свернуть во второй попавшийся поворот влево вниз (не спрашивайте, почему не в первый — видимо, интуиция не подкачала).

Прошли немного по лесу и тут наткнулись на второй сюрприз.

Саша внезапно замер и затаил дыхание, стал медленно тянуться рукой к камере. У меня в такие моменты сердце сжимается и уходит не то что в пятки, а скорее восвояси. Пока я щурилась и пыталась разглядеть, кто там в этот раз (у Саши такая реакция только на живность, проверено на медведях, кабанах и оленях), полетели первые щелчки затвора. Спустя бесконечные три секунды Саша протянул: «Птииичка». Я наконец выдохнула, вернулась в сознание и стала разглядывать окрестные ветки. Героем фотосессии и моей невралгии оказался загадочный дубонос — медлительный и любознательный товарищ с желтым клювом, черным хохолком и крыльями. Он крутился и так и этак, пока Саше не надоело снимать.

Следующим сюрпризом стала сама бухта Теляковского и то, что дорогу мы выбрали верную. Протоптанная тропа привела к изящным могильным соснам, зелено-розовым полянам и бушующему в белых скалах морю. Обычно бирюзовое, оно было таким буйным, что волны посерели. Галечные пляжи свистели ветрами, холодный прибой омывал скалы, но те всё равно оставались белыми.

Пока Саша в поисках лучших кадров спустился к воде, я стояла наверху и всё никак не могла надышаться этим весенним воздухом, насмотреться на эту красоту, подобрать слова для этого момента.

И, наверное, и дальше бы там стояла, если бы не хлынул дождь (майский ливень в Приморье еще не настолько теплый, чтобы не обращать на него внимание). Мы быстро пошли обратно в Витязь, промокшие и счастливые. Встретили две компании знакомых ребят. Несколько раз пытались заблудиться, но не смогли. Хотя по пути встретилось много дорог — нами еще не хоженых.

ru_RURussian
en_USEnglish ru_RURussian