Вывести на чистую воду: последствия добычи россыпного золота в Амурской области

Текст: Дарья Хитрова
Фото: Александр Хитров

 

За последние пять лет цена на золото выросла почти в два раза. Пока есть спрос, старатели осваивают новые территории, стремясь как можно быстрее перейти к следующим участкам. Недобросовестные золотодобытчики при этом наносят непоправимый вред экологии: загрязняются реки, меняется ландшафт, исчезают ручьи.

На космоснимках хорошо видны такие следы разработок. За три месяца спутникового мониторинга при поддержке Всемирного фонда дикой природы WWF России специалисты коалиции «Реки без границ» и Центра гражданского контроля и спутникового мониторинга обнаружили 157 случаев загрязнения водных объектов в трёх дальневосточных регионах, общая протяжённость замутнённых рек составила 3094 километра. Из них 106 случаев – в Амурской области.

Вместе с коллегами-журналистами и сотрудниками Росприроднадзора мы отправились в рейд к золотодобытчикам в глухую дальневосточную тайгу.

Зейский золотой век

Полвека назад окрестности маленького таёжного города Зея представляли собой горы, покрытые густым лесом, и ледяные речки с перекатами, манившие золотопромышленников. С тех пор утекло много воды – в конце семидесятых у южных склонов хребта Тукурингра возвели плотину Зейской ГЭС.

Так на территории, приравненной к Крайнему Северу, появилось Зейское водохранилище, которое местные жители любят называть морем. В первую очередь, из-за размера – искусственный водоём замыкает тройку самых больших в стране. А затем уже благодаря его золотым пляжам, куда приезжают туристы со всей области.

Примерно 10% акватории водоёма находится в ведении Зейского природного заповедника, ещё часть попадает под охранную зону, остальная доступна для всех желающих. Чаще всего здесь желают отдохнуть, покататься на катере, порыбачить, добраться в отдалённые населённые пункты или освоить близлежащий участок для золотодобычи.

Место всегда было популярно у геологов и старателей. Город Зея основали в 1879 году как перевалочный пункт золотодобывающей компании, и с тех пор Золотой телец намертво засел в этой дальневосточной глуши. Сегодня добычу россыпного золота в Зейском районе осуществляют больше 20 предприятий.

Ключ Камрай

Мал золотник да дорог

Путь к прииску, привлёкшему внимание природоохранных структур, был неблизким. Сначала мы самолётом и автобусом добирались до Зеи, куда не проложена железнодорожная ветка, затем шли на катере больше пяти часов.

Судно «Калан» идёт со скоростью 15–18 км/ч, из-за чего при хорошей погоде можно с комфортом наслаждаться заповедными пейзажами, находясь на палубе.

Нам повезло, было тепло и безветренно. Тёмно-зелёные сопки, отражаясь в зеркальной глади озера, превращались в парящие острова. Мы шли по витиеватым протокам, то приближаясь к берегу, то отдаляясь и встречая всё новые вершины из-за горизонта.

В Гилюйском заливе пришло время высаживаться на берег. Все, кроме капитана, отправились на участок: двое сотрудников Росприроднадзора с тарой для проб, двое сотрудников заповедника и журналисты. Было немного не по себе, ведь места дикие, мало ли с чем можно столкнуться.

- Мы здесь не в первый раз, – рассказывает Сергей Думановский, заместитель главного государственного инспектора в области охраны окружающей среды Зейского природного заповедника. – Когда эти золотодобытчики стали вести разработку рядом с охранной зоной, мы выезжали и разговаривали с начальником, предупреждали не заходить на эту территорию. Согласно их лицензии, край участка действительно расположен в охранной зоне. Но так быть не должно, заповедник это не согласовывал. Рейд месяц назад показал, что разработка продвинулась в эту сторону на 524 метра, и заповедник оштрафовал начальника участка. Теперь осталось проверить, не продвинулись ли они дальше.

Ключ Камрай впадает в Гилюйский залив

Ещё одна причина нашего присутствия – жалоба местных жителей на замутнённость ключа Камрай, на котором ведётся добыча.

Граждане обращаются в Росприроднадзор с вопросами о загрязнении воды в реках, легальности работ, мы проверяем ситуацию и даём ответ в течение 30 дней, – говорит Максим Иванов, государственный инспектор в области охраны окружающей среды Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора. – Если поступает жалоба, то действуем в течение десяти суток. Сегодня планируем взять пробы воды и грунта, сверить контур участка, удостовериться, что работы выполняются по технологии и в охранной зоне не ведутся.

Место, где добывают россыпное золото, выглядит как территория, подготовленная к строительству магистрали: широченные разровненные полосы, отвалы горных пород, рядом петляет ключик. Зрелище не для слабонервных, поражают масштабы – но так выглядит любой прииск, нарушения может оценить только специалист и специальные исследования.

Оказавшись на месте разработок, по ключу мы дошли до одинокого промывочного прибора – людей рядом не было.

Пока мы здесь, у старателей работа закончена. Вы сами наблюдаете картину, – заметил Сергей Николаевич. – На этом месте велась добыча россыпного золота, хотя это охранная зона заповедника, промприбор стоит на её границе. В прошлый раз мы оштрафовали начальника участка, и работы не продвинулись. Но и рекультивационные мероприятия не проводятся.

Разработанный прииск на ключе Камрай

Мы пошли дальше и попали на старательскую базу. Она выглядела просто: жилые вагончики, палатки и тенты, много спецтехники, лают собаки, несколько человек ходят по территории. Дверь в столовую оказалась открыта, и мы зашли уточнить, где начальник. Но разговаривать с нами отказались.

Люди глаза отводят, прячутся. С них какой спрос? С них спроса нет, они работяги, – объясняет наш спутник Андрей Федоряк, старший государственный инспектор в области охраны окружающей среды Зейского заповедника. – Один двигатели делает, другой солярку перекачивает. Они люди подневольные. Начальства никого нет и сегодня, я думаю, уже не будет. При этом вся техника стоит.

Продолжая путь, запустили квадрокоптер – с высоты было видно, как люди оставили свои рабочие места, быстро загрузились в машину и уехали в лес. Что послужило тому причиной, не известно.

По пути мы обнаружили отстойники для воды и дамбы – это и есть гидротехнические сооружения, которые позволяют выполнять работы по технологии. Специалисты Росприроднадзора отметили, что количества дамб может быть недостаточно, но есть ли нарушение, покажут пробы воды.

Старательская база

Чтобы результаты экспертизы были верными, специалисты делают всё по правилам. Ведущий инженер Центра лабораторного анализа и технических измерений Андрей Хрустов начал брать пробы примерно в 7 км от берега залива, а закончил уже возле места, где ключ впадает в водохранилище.

Мы взяли три пробы до начала ведения горных работ и три ниже выработки, все с интервалом в 40 минут. Первый – чтобы определить фоновый состав воды, второй – чтобы выявить примеси взвешенных веществ. Так видно влияние ведения работ, – объяснил Андрей.

Купаться в золоте

Каждый раз на прииске, подойдя ближе к воде, мы вязли ногами в цепкой глине. Именно она делает реку мутной, если не соблюдать технологию.

Научный сотрудник заповедника Трофим Доманов провёл исследование космоснимков территории Амурской области и выяснил, что в последнее время не менее трети рек региона замутнены.

Одна из них – Гилюй, берега которого облепили прииски золотодобытчиков. Вся грязь от безответственных разработок идёт по ней в водохранилище, которое становится сдерживающим фактором распространения взвешенных веществ – до Зейского городского водозабора отсюда около 50 км.

В переводе с эвенкийского «Гилюй» означает «холодный», «прозрачный», «блестящий». Но местные рыбаки давно жалуются, что река мутная, а рыбы стало меньше.

Для водных обитателей, в частности, для хариуса, ленка, тайменя, такая ситуация становится катастрофой. Они не могут жить в мутной воде. Рыба нерестится на мелком галечнике, и у неё есть вековые нерестовые места. Если взвеси от разработок осядут, рыба икру откладывать не будет, она станет метаться в поисках лучшего места и может такое не найти. В результате икра пропадает, воспроизводства нет. Второй момент в том, что страдает жаберный аппарат, всё забивается. И так уже около пяти лет, – рассказывает Сергей Думановский.

Сергей Думановский переходит вброд ключ Камрай

Ситуация касается и других обитателей долины, в том числе редких видов. К примеру, рыба является основным источником питания краснокнижной скопы. Экосистема сильно страдает от любых изменений, и биологи уже бьют тревогу.

Сейчас река Гилюй,часть которой при этом находится на территории заповедника, представляет собой сточную канаву, – рассказывает Сергей Подольский, заместитель директора Зейского природного заповедника по научной работе, старший научный сотрудник института водных проблем РАН. – В решении проблемы нужны комплексные усилия специалистов, общественности и прессы. Стране нужно золото – это понятно, но стране нужны и чистые реки. Для дальневосточников «река-кормилица» – это не пустые слова. А выходит, что предпочтение отдаётся золотодобыче, а люди и природа страдают. Ущерб может быть невосполнимым. Фактически это предвестник локальной экологической катастрофы. Замутнение идёт не только со стороны официальных золотодобытчиков: после того, как несколько лет назад подскочил доллар, стало рентабельно заниматься и незаконной золотодобычей, которая тоже развивается повсеместно.

В интервью с корреспондентом газеты «Зейский Вестник» от 1 ноября 2019 года председатель местной артели «Восток-1» Роман Ломакин так описывает ситуацию: «В соседней Якутии такое не проходит. Там только замути реку – тут же прилетит вертолёт со спецгруппой. А в нашем регионе золотодобыча погрязла в коррупции. На всё закрывают глаза. Все точки, где используется рабочая сила иностранцев-нелегалов, известны. А сколько орудует бригад «диких» старателей. Без зазрения совести моют золото по поисковым лицензиям».

В советское время геологи вели активную разведку в этих местах, затем работали старатели – но таких проблем не возникало.

Промывочный прибор

Раньше хорошо работали районные комитеты охраны природы, – рассказывает Виктор Червов, инженер-геолог с 50-летним стажем. – Они приезжали с неожиданными проверками, штрафовали чуть что не так. Сейчас мало того, что надзор стал хуже, а в артелях дефицит толковых инженеров и горных мастеров, так ещё и штрафы совсем низкие. Им проще заплатить, чем заниматься рекультивацией или сооружать отстойники. По сути, это просто ямы с водой. Но сколько времени и ресурсов требуется, чтобы их возвести – нужны работники, бульдозер, солярка, которую ещё надо завезти на участок. Это дороже, чем несколько штрафов.

Молчание – не золото

Сергей Игнатенко, директор Зейского заповедника, обеспокоен ситуацией, сложившейся в районе:

Несколько лет назад Амурский филиал Роснедр выдал лицензию на добычу золота на ключе Камрай, которая своим контуром накладывается на охранную зону заповедника. Как так случилось, что у нас не запрашивали границы этой зоны, я комментировать не могу – так получилось. Для нас главное было – остановить дальнейшее продвижение золотодобытчиков, на данный момент мы с этим справились. Теперь будет работать Росприроднадзор. Чтобы не получился прецедент, мы должны отработать ситуацию по максимуму. Верхний Чимчан – река с границей охранной зоны. Одна артель уже подала запрос на лицензию в этом месте. Им надо быть готовым, что мы спокойно смотреть не будем, если потечёт мутная вода. Нужно выполнять все требования водоохранного законодательства.

Во время подготовки материала стали известны результаты проверки: «Есть превышение по взвешенным веществам в среднем на 10–12 мг/дм3 (согласно приказу Минсельхоза № 552 от 13.12.2016, норма составляет не более 0,25 мг/дм3 для объектов 1 категории, 0,75 мг/дм3 для второй). По нефтепродуктам превышения в природной воде нет». Можно сделать вывод, что гидротехнические сооружения не справляются даже с учётом приостановки работ, вода не очищается должным образом. Теперь компании как юридическому лицу может грозить штраф до 300 тысяч рублей по ч. 2 ст. 7.3 и ч. 4 ст. 8.13 КоАП РФ.

Контуры участка совпадают с указанными в лицензии, купленной ещё в 2013 году. О том, что часть территории является охранной зоной заповедника, арендатор прииска узнал только во время рейда инспекторов в конце июля, когда деятельность приостановили до разрешения ситуации.

Лицензия на добычуроссыпного золота на определённом участке приобретается на аукционе у Амурнедр, и в этом договоре есть пункт, что территория не пересекается с особо охраняемыми природными зонами, – рассказывает арендатор спорного участка на ключе Камрай. – Мы считаем, что данная ситуация произошла из-за технической ошибки во внутриведомственном взаимодействии природоохранных структур, пусть заповедник и Амурнедра разберутся между собой и предоставят нам документальный ответ. А пока мы готовы отстаивать свою позицию в суде.

Старатели на прииске

После рейда сотрудники Зейского заповедника отправили очередной запрос в Амурнедра с целью прояснить ситуацию в районе ключа Камрай.

Последствия недобросовестной добычи россыпного золота сказываются на состоянии рек и территорий всего региона. По данным Всемирного фонда дикой природы, в отдельных случаях деятельность золотодобытчиков ведёт к загрязнению рек не только взвесью, но и нефтепродуктами. В конце июля в Селемджинском районе Амурской области произошло крупное загрязнение реки Селемджа нефтепродуктами, пролившимися с лицензионного участка одного из золотодобывающих предприятий. По мнению местных жителей, причиной этого стал аварийный разлив дизельного топлива со склада предприятия. Жители района инициировали сбор подписей под обращением к губернатору Амурской области Василию Орлову и полпреду президента в Дальневосточном федеральном округе Юрию Трутневу с требованием принять меры по прекращению загрязнения рек при добыче россыпного золота. В этот же период министр природных ресурсов РФ Дмитрий Кобылкин, находясь в Амурской области, поручил провести совещание по вопросу ужесточения ответственности предприятий за нарушения природоохранного законодательства при добыче россыпного золота.

«Таким образом, органы власти различного уровня, очевидно, обратили внимание на проблему загрязнения рек при добыче россыпного золота, – комментирует Юрий Гафаров, координатор проектов по ООПТ Амурского филиала WWF России. – В то же время требуются срочные действия по изменению политики в отношении выдачи новых поисковых лицензий и возможного пересмотра решений в отношении уже выданных лицензий до начала следующего промывочного сезона. В противном случае существует угроза начала серьёзных волнений местного населения в районах россыпной золотодобычи».

Всемирный фонд дикой природы и коалиция природоохранных НКО России готовят Обращение в правительство России с предложениями по снижению влияния добычи россыпного золота на окружающую среду и совершенствованию законодательного регулирования данной деятельности. Проект документа находится на сайте: http://zolotari.net/position.

Экспедиция команды PrimDiscovery в Амурскую область состоялась при поддержке проекта WWF России «Люди – природе». Проект «Люди – природе» реализуется WWF России в 2019–2022 годах при поддержке Европейского Союза и направлен на вовлечение общественности в охрану окружающей среды. Задачи проекта — сохранение лесов путём предотвращения их деградации и незаконного использования, а также минимизация негативного воздействия промышленности на окружающую среду через повышение экологической ответственности бизнеса и снижение загрязнения воздуха и воды.

Дарья Хитрова